Автор: Мари Пяткина

ПЛОДЫ ДЕЯНИЙ 

Гугенот Карла ІХ

Он опасался увидать монарха в постели, задыхающегося, с окровавленным платком у лица, а обнаружил полностью одетого и словно встречающего доктора у тяжёлой, золочёной двери собственных покоев. Если короли встречают лекарей…
    - Сир… - Паре, придерживая чемоданчик, склонился в низком придворном поклоне, до сих пор скверно освоенном и оттого неловком. – Вы приказали явиться?
    - Да, я звал, - отрывисто бросил Карл.
    Он пристально, странно глядел на Паре, то снимая, то надевая на худую, прозрачную, унизанную перстнями руку, блохоловку соболиного меха, с золотой, соболиной же головой и лапками. В глазах блохоловки кровавыми каплями блестели рубины.
    Паре внимательно посмотрел на монарха, пытаясь угадать причину спешного вызова, ради которого пришлось подняться с постели. Намедни измотанный доктор долго оперировал раненого бандитами адмирала Колиньи, а теперь, вероятно, придётся отменить запланированное на утро удаление мочевых камней.
    - Вы ощущаете приближение припадка, сир? – спросил Паре и снова поклонился.
    Измождённый, склонный к истерикам Карл, страдал легочными кровотечениями. Он и сейчас дышал тяжело и шумно. Небольшие, карие королевские глазки бегали по сторонам, но изнуряющего приступа кашля, синевы вокруг рта и носа не было. Возможно, король предавался излишествам на праздновании свадьбы сестры, и теперь всего лишь нуждается в слабительном?
    - Мэтр, пройдёмте за мной, - король круто развернулся на каблуках и зашагал вглубь покоев.
    Паре поспешил следом, глядя на августейшую спину в атласном дублете, с модным стоячим воротом, с пуфами на рукавах, и недоумевал, что же, всё-таки, случилось? Кроме него и короля в покоях не было ни души, что тоже казалось странным.
    Карл распахнул дверь собственной спальни, прошёл вперёд и резко остановился у широкого королевского ложа, белеющего в полутьме под шёлковым балдахином.
    - Мэтр, - звенящим голосом произнёс король, - я вам приказываю! Лезьте! Под! Кровать!
    - Что, сир? – опешил Паре.
    - Я приказываю вам немедленно залезть под эту кровать, - повторил король, - и находиться там, пока я не позову. Вы поняли своего короля?
    У монархов свои причуды. Чувствуя себе до нелепости глупо, немолодой уже человек, королевский лечащий врач Амбруаз Паре, лейб-доктор Отеля-Дье, опустился на четвереньки, затем лёг ничком и заполз в жаркую тьму и запах пудры.
    Вслед ему пинком ноги отправилась небольшая шёлковая подушка, после чего громко хлопнула дверь, и ключ повернулся в замке – клац, клац.
    Растерянный Паре, запертый в королевской спальне, остался путаться в догадках.
    Он прислушался к тишине, отодвинул в сторону нашедшуюся под королевским ложем туфлю, вышитый парчовый рукав, устроил свой чемоданчик и кое-как устроился сам, между фарфоровой ночной вазой и ножкой кровати. Горестно вздохнув, Паре завозился на жёстком паркете. Вскоре решив, что рано или поздно всё прояснится и нечего выдумывать лишнее, пригладил рукой длинную бороду и сложил для молитвы руки.
    Где-то в мире ином, далеко-далёко, еле-слышно, словно слабый отголосок беды, не смеющей громко стучаться в тихую, пахнущую пудрой и камфарой королевскую спальню, ударил полночный набат.
    Наступило двадцать четвёртое августа тысяча пятьсот семьдесят второго года от Рождества Христова.